журнал о правах человека и деятельности национальных учреждений по их защите
Деятельность омбудсманов
Справочная информация
Исследования
Правозащитный дайджест


Ссылки на сайты Уполномоченных
«Правда» детского омбудсмана Свердловской области об истории многодетной семьи Ленивцевых

Уполномоченный по правам ребенка Игорь Мороков.

История российской семьи Ленивцевых из города Каменск-Уральск Свердловской области в очередной раз показала, как российская бюрократия не любит здравую критику в свой адрес. Стоило только женщине, удочерившей трех детей, рассказать с экрана федерального телеканала о проблемах многодетных приемных семей на территории области, как вся местная чиновничья бюрократия засуетилась. Правда, не для анализа информации, полученной из первых уст, а для защиты «чести мундира».

К сожалению, Уполномоченный по правам ребенка Игорь Мороков, который по долгу службы обязан защитить граждан, перешел на сторону бюрократии, просто продемонстрировав тем самым, что он — один из них.

2 февраля 2013 года на официальном сайте детского омбудсмана Свердловской области Игоря Марокова появилось заявление, направленное на прояснение запутанной ситуации взаимоотношений «маленьких людей» с большой государственной машиной.

Свое заявление омбудсман начинает с предыстории: «29 января 2013 года на центральном телеканале «Россия 1» в авторской передаче Аркадия Мамонтова из уст проживающей в Свердловской области многодетной матери Анастасии Ленивцевой прозвучали обвинения в адрес государства об отсутствии какой-либо поддержки, а также претензии к Губернатору Свердловской области Е. Куйвашеву в том, что он не принял её лично. Поскольку эти и иные заявления, прозвучавшие из уст А. Ленивцевой, создают искаженное представление о деятельности органов государственной власти Свердловской области в сфере семейной политики, то я, как Уполномоченный по правам ребёнка в Свердловской области, не имею права оставаться в стороне и не высказать свое мнение по этому вопросу», — заявляет Омбудсман.

— Учитывая, что в телевизионной передаче прозвучало достаточно много информации, раскрывавшей тайну удочерения детей семьей Ленивцевых, то сведения, которые я намерен озвучить, не могут нарушить нормы действующего законодательства о сохранении семейной или личной тайны, — предусмотрительно информирует он, попутно признаваясь, «что семьям, воспитывающим двойни и тройни, действительно, тяжелее, чем другим семьям с малолетними детьми». Но омбудсмана беспокоит в большей степени то обстоятельство, что  «семья Ленивцевых скрыла правду о том, какую поддержку она получила от государства».

Надо отдать должное: омбудсман признается, что о проблемах семьи Ленивцевих, он знал задолго до знаменитой телепередачи.

«Я, действительно, несколько раз встречался с Анастасией Ленивцевой, в т.ч. в августе 2012 года на личном приёме граждан в г. Каменск-Уральском, а поэтому достаточно знаю о жизни этой семьи, их трудностях и проблемах, — пишет Омбудсман. — Во время общения у меня сложилось личное впечатление, что Анастасия Александровна весьма энергичный человек, что она очень любит своих удочеренных девочек, не меньше, чем своих родных детей. Рассказала мне Анастасия Александровна и о тех специфических трудностях, которые испытывают родители, воспитывающие тройни. Поскольку во время общения от неё прозвучали упреки в адрес государственных органов в неоказании помощи, то мной было дано поручение специалистам Аппарата Уполномоченного разобраться во всех проблемах семьи Ленивцевых и подготовить предложения об оказании им содействия».

По поручению Уполномоченного по правам ребенка в Свердловской области работниками его аппарата было установлено, что процесс удочерения сирот-тройняшек семьей Ленивцевых органы опеки и попечительства осуществили за рекордно короткий срок. По словам Омбудсмана, «весь процесс удочерения занял 3 месяца и 2 дня!» 

Было выяснено также, что на момент удочерения семья Ленивцевых проживала в благоустроенной трехкомнатной квартире в г. Каменск-Уральский; она получила все возможные виды государственной поддержки (выплаты, пособия), предусмотренные федеральным и региональным законодательством, которые в сумме составили несколько млн рублей. Правда, обращает на себя внимание некая тенденциозность в оценке омбудсмана. Он скрупулезно подсчитал, что «весь процесс удочерения занял 3 месяца и 2 дня!». Но при такой дотошности, однако, омбудсман не знает, сколько конкретно семья получила выплат и пособий. Такое ощущение, что в небольшом городе Каменск-Уральск, где происходят события, «миллион туда, миллион сюда» — не играет роли. Зато как громко звучит: «государство оказало поддержку многодетной семье помощи в размере несколько миллионов рублей».

Для омбудсмана является такой же мелочью, что государственные органы сначала распределили тройняшек по разным детским садам, потрепав нервы родителям, а потом их объединили. По словам чиновников, это «компьютер ошибся». Наверное, в городе так много тройняшек, что компьютеры то и дело сбиваются, а проверять их решительно некому.

Нет вопросов у омбудсмана и к Управлению социальной политики по г. Каменск-Уральску, работники которого не сами предложили Анастасию Ленивцеву награждать знаком отличия Свердловской области «Материнская доблесть III степени», за, действительно, доблестный поступок — взять на себя заботу трех чужих малолетних детей, а она лично изъявила желание быть отмеченной таким скромным знаком отличия. К слову сказать, Уполномоченный по правам ребенка мог бы и сам проявить инициативу о награждении. Но он также этого не сделал, хотя из таких мелочей формируется гуманность в обществе, а также традиции усыновления обездоленных детей, в чем в настоящее время нуждается государство, а не только в том, чтобы ускоренно, в данном случае за 3 месяца и 2 дня, оформить опекунство.

Детский омбудсман недоумевает, кроме того, почему Анастасия Ленивцева жаловалась, что не может попасть на личный приём к Губернатору Свердловской области. Почему она «не попыталась попасть на приём к должностным лицам, которым в регионе подчинены органы опеки и попечительства?» — спрашивает он.

Интересно, знает ли омбудсман, почему граждане обращаются к нему самому, тем более, когда он не имеет властных полномочий. Потому что надеются, наверное, что он их выслушает и даст компетентный совет. А к губернатору обращаются, потому что не доверяют нижестоящим чиновникам. Вот и все. Что тут непонятного?

А удивление омбудсмана по поводу того, «почему семья Ленивцевых решила, что Губернатор Свердловской области Е. Куйвашев сможет нарушить закон, принудив органы опеки и попечительства к даче разрешения на жилищную сделку, формально нарушающую права несовершеннолетних детей», выглядит просто нелепо.

Как и фраза о том, что в Свердловской области исполнительными органами государственной власти «оперативно» решается проблема нехватки детских садов, которая будет полностью решена к 2015 году. Скорее всего, омбудсман имел ввиду «второпях». Иначе нестыковка получается: решается оперативно, а на сегодняшний день в области очередь на получение мест в детских садах составляет 19 тыс. человек. Такие цифры указаны, например, на сайте самого правительства Свердловской области.

Вместе с тем, омбудсмана тоже можно понять, ведь если посмотреть правде в глаза, то жалоба или рассказ Анастасии Ленивцевой на программе «Специальный корреспондент» на центральном канале федерального телевидения — это оценка, в том числе, работы детского омбудсмана области, не сумевшего своевременно защитить своего работодателя — губернатора, которому навязали губернаторскую должность в регионе «с большим дефицитом бюджета». Омбудсман предлагает «быть реалистами и понимать, что последствия 1990-х и начала 2000-х годов быстро, за 2-3 года, не исправить, предстоит ещё долгая и кропотливая работа, в т.ч. и в сфере поддержки семей, взявших на воспитание детей-сирот».

Если бы прежний губернатор Свердловской области Эдуард Россель, который управлял областью с 1991 по 2009 годы, услышал такую оценку, по сути дела, своей деятельности, он бы остался недоволен. А ведь именно при нем с 1994 года до назначения на должность Уполномоченного по правам ребенка области в 2010 году будущий защитник прав детей области Игорь Мароков работал заместителем главы администрации Чкаловского района города Екатеринбурга по социальным вопросам. То есть, он сам был причастен, в какой то мере, к тому, что было так плохо в те годы. Но его слова не похожи на самокритику. Это элементарное чиновничье желание угодить тому, от кого он зависит сейчас.

А еще, судя по всему, за два года работы омбудсман Игорь Мороков так и остался чиновником, для которого «честь мундира» важнее семейных проблем каких-то Ленивцевых.

Что же касается чиновничьему ажиотаж вокруг истории с телепрограммой, это проявление высочайшего непрофессионализма, в том числе со стороны омбудсмана.


Последние новости
Из Беларуси продолжают поступать сообщения о репрессиях
Биография Уполномоченного по защите прав предпринимателей в Чувашской Республике
На мероприятии по вопросам свободы прессы и свободы выражения мнений в Женеве Верховный комиссар по правам человека Мишель Бачелет выступила с заявлением о нарушениях прав журналистов
Российские власти обязаны провести полноценное расследование и установить, кто несет ответственность за отравление оппозиционера Алексея Навльного.
В Санкт-Петербурге проходят траурные мероприятия.
При этом нарушением прав она назвала огласку юристами и родителями ситуации 14-летней девочки.
Константин Домогатский решением Орловского областного Совета народных депутатов назначен на должность Уполномоченного по правам ребёнка... Read More »
Джамбулат Оздоев после десяти лет работы в качестве государственого правозащитника, занял пост исполняющего обязанности руководителя администрации главы региона